Учитель и ученица

Автор: Lex | Посмотров: 1792 | Категория: Романтические рассказы

0
После окончания юрфака у меня возникло дикое желание стать преподавателем. Поскольку я был очень серьезным по натуре, то мне казалось, что мир преподавания и науки как нельзя подходит мне. Получив свои первые часы в Университете, я строил планы и мечтал о карьере ученого.

В личной жизни тогда было как-то ни шатко, ни валко. Подруга моя — девушка с характером, я был не прочь погулять. В общем, нормально, но без особенного романтизма о котором, мечтают все. Но то, что со мной произошло, достойно не короткого рассказика.

Друзья нашли мне халтурку в одном из частных колледжей. Я вошел в класс. Еще совсем недавно, также как и эти мальчишки и девчонки, я сидел за партой в школе и с огромным недоверием относился к молодым учителям, а теперь я сам преподаватель. Какой кошмар! Неужели они будут также по-хамски себя вести? Собрав всю свою волю, с деловым видом я поздоровался и сел за учительский стол. Так началась моя преподская карьера. Все шло замечательно. Со временем я привык к детям, а они даже перестали шуметь на занятиях. Наверное, им нравилось. Однажды, отчитав положенные две пары, я отправился домой. Выворачивая от колледжа, я засмотрелся на девушку, которая показалась мне какой-то удивительной, причем засмотрелся настолько, что чуть не въехал в чей-то зад. Это меня отрезвило, и никуда кроме дороги я уже не смотрел. Но в голове были мысли о НЕЙ. Черт, почему я не остановился и не познакомился?

Дальше начинается самое интересное. На следующий день мне пришлось заменить своего коллегу в 10 классе. О ужас! За второй партой слева сидела ОНА. Нет-нет, сейчас урок, настраивал я себя, тем более, что тему, которую надо было читать я знал не очень хорошо. Все обошлось, занятие прошло на ура, получилось интересно, и не только для меня. На улице было еще тепло, несмотря на конец октября. Снег уже выпадал, но как водится в наших краях, быстро растаял и осень дарила последние теплые денечки. Только-только начинались сумерки. Я шел по березовой аллее в тишине и думал о той самой девушке. Её кажется зовут Наташа. Незаметно я добрался до дома и очутился на своем излюбленном месте под названием диван. Думая о Наташе, я поймал себя на мысли, что все это где-то было. Почему-то вспомнилась история про Чикатило. Я что озабоченный? С чего меня потянуло на малолеток? Я слышал истории о романах учителей и учениц и даже смотрел какую-то передачу по телеку. Вспомнилась передача и этот учитель со странным взглядом. Вот точно какой-то сексуально озабоченный и вообще ненормальный. Нет, что-то здесь не так, какие-то нехорошие мысли, друг мой. Выбрось ее из головы.

Так оно и случилось. Дела у меня шли относительно неплохо. Наташу я видел очень редко, да и то мельком на переменах. Но какое-то странное чувство охватывало меня, каждый раз, когда я встречал ее. Я боялся на нее смотреть.

Наступило лето. Руководство практикой десятиклассников было поручено мне. И все бы ничего, если бы не это чувство. Я боюсь поднять на нее глаза. Нет, не стоит увлекаться ею, я все же преподаватель. Надо выбросить Наташу из головы, очередной раз уговаривал я себя.

В личной жизни снова наступали перемены. Со своей основной подругой мы то расходились, то снова сходились, была парочка увлечений, но почему-то мне часто снилось лицо Наташи. Что это? Любовь? Страсть? Я не могу себя понять. Что со мной происходит? Жил бы я в Америке, пошел к психоаналитику. Все, решено. Надо ее забыть. Ноги моей в колледже больше не будет. Я увлекся очередной пассией и все бы хорошо, но на некоторое время из романтических настроений меня выбили перемены в карьерном росте. Мне пришлось устроиться на работу в правоохранительные органы. Повезло, сразу майорская должность. Но зарплата… В университете дали только полставки, что делать? Как назло колледж, куда я решил не возвращаться, в трех минутах от моей новой работы, да платят там за четыре часа в неделю больше, чем на основной работе в месяц. Жадность фраера сгубила.

Наташа перешла в 11 класс, и я должен был читать ей и ее одноклассникам несколько дисциплин. Мне казалось, что больше нет никаких «неправильных» чувств к ней. Но боязнь посмотреть в ее сторону осталась. Я решил, что все скоро окончательно пройдет. Дальше случилось ужасное. На Осеннем балу я поймал себя на мысли, что вижу в ней женщину. Боже, что со мной. На уроках я старался не замечать ее, специально переводил внимание на других учениц. Поскольку я был строгим, но в то же время добрым преподом, то порой если хотел кого-то из девчонок выгнать, то говорил «Солнышко, выйди из класса… бегом!» или «Радость моя, подойди, пожалуйста, к двери и закрой ее за собой», бывало, правда и порезче. Одна из учениц, Лена, похоже решила, что таким образом я оказываю ей внимание. Когда в очередной раз Лена выкинула какой-то фокус, я выгнал ее с урока. За нее вступился чуть ли не весь класс. Один мальчик, начал мягко мне разъяснять (конечно, попробовал бы он не мягко, до выпускных экзаменов, оставалось совсем чуть-;чуть), что так нельзя с этой девочкой, может она моя судьба и все такое прочее.

Судьба. Сколько написано про судьбу. Верить в нее или нет. Довериться судьбе или попробовать ее изменить?

Прозвучал последний звонок, закончились выпускные экзамены и наступил чарующий выпускной вечер. Я не верил своим глазам. Девчонки в шикарных платьях, с отпадными прическами. Сидя, как и полагается зам.директору колледжа в президиуме на сцене, я рассматривал своих учеников, которые превратились в элегантных леди и галантных джентльменов. Во втором ряду сидела она, моя юная богиня. Наташа была в длинном облегающем ее стройную фигуру платье, прическа была изумительной, а улыбка настолько обворожительной, что меня пронзило чувство, доселе неизвестное. Вручая аттестат, я назвал ее лучшей ученицей. И решил для себя — или сегодня или никогда.

Вся беда, что комплексов во мне хоть отбавляй. Я танцевал с девчонками, с учительницами, а к ней подойти боялся. И вот, наконец-таки, решился, но она ушла из зала. Я побежал за ней. Набравшись мужества, пригласил ее на танец, спросив при этом, не устала ли она? На что Наташа ответила: «Как я могу Вам отказать», сделав акцент на слово «Вам». Мы танцевали медленный танец. Я обнял ее за талию и тихонько прижался к ней. Мне показалось, что я схожу с ума. Я счастлив. Мне хорошо. Она будет моей, решил я для себя. Мы танцевали с ней еще несколько раз, ходили гулять по аллее, и к концу вечера я понял, что не смогу больше жить без нее. Мы договорились, что Наташа мне позвонит через несколько дней, чтобы обменяться фотографиями с выпускного вечера. И началось томительное ожидание, когда же я услышу ее нежный голос. Свершилось. В один из вечеров я приехал к ее дому. Это наше первое свидание. Формально мы обменивались фотками, но это было свидание. Как все хорошее оно быстро кончилось. Но через несколько дней мы поехали с ней на пикник в горы, где после двух часов мучений я признался, что люблю ее и поцеловал, тихонечко, нежно, словно боясь, что она раствориться в синем горном небе. Возвращаясь домой я держал ее руку в своей руке. Ехали мы медленно, чтобы лишний раз не переключать передачу. Мы расставались всего на несколько дней, но они показались мне вечностью. Я решил для себя, что никому ее не отдам.

Мы ехали на дачу моих родителей. Она смотрела на меня всю дорогу. Лето было в разгаре, и днем стояла жара, но на даче совсем другое дело. В тенистой прохладе сада мы устроились обедать. Говорили друг о друге, вспоминали мои контрольные задания.

— Помните, - произнесла она,- как кто-то из пацанов, защищая Лену, сказал, что, быть может, она — Ваша судьба?
— Да, — ответил я, — что-то такое было.
— Так вот, верите или нет, но в тот самый момент у меня мелькнула мысль, что Вы судьба не Лены, а моя…
— Я люблю тебя, — прошептали мои губы и прикоснулись к губам возлюбленной.
Мы долго целовались, и как-то получилось, что я взял Наташу на руки, и мы оказались в доме, на кровати, обнаженные. Мне казалось, что весь мир вокруг меня перевернулся. Я был счастлив.
— Я люблю тебя, — шептали мои губы.
— Я люблю тебя, — говорила она. — Мишенька, я так счастлива, ты даже не представляешь.
На ее лице появились две огромные слезы.
— Ты первый парень, с которым я целуюсь, не говоря уже о другом. Наверное, ты подумал, что я слишком доступна, да? Но я просто без ума от тебя.
— Наташа, а ты пошла бы за меня замуж, — произнес я тихо. Внутри нарастало напряжение. Я чувствовал, как будто внутри натягивается струна.
— А ты позовешь?..

Мы решили пожениться. Что ж отлично. Мне надоела моя жизнь, где в любовных делах ложь была нормальным делом. Я хочу чистых, открытых, искренних отношений. То, что было раньше должно исчезнуть. Я люблю Наташу и больше никого. Все замечательно, осталось только объясниться со своей прежней подругой, Валентиной.

Выбрав время после работы, мы с Валькой поехали в сторону гор. Зная ее, я запасся темным пивом Бавария 86 и пачкой Парламента.
— Ну, чего ты мне хочешь сказать, — делая внушительный глоток пива, сказала Валентина?
— Я женюсь, — не раздумывая, ответил я.
— Ты? На ком это, если не секрет?
Ее слова были полны иронии, даже издевки, впрочем, как всегда.
— На своей ученице, на Наташе. Ты ее видела.
— На той щеглухе? Ха! На малолеток потянуло?
— Думай, что хочешь, твои проблемы, но у нас с тобой давно всё, а теперь совсем всё.
— Прикури мне сигарету.
Я протянул ей пачку Парламента и нажал на прикуриватель. Образовалась неприятная пауза. Щелчок. Прикуриватель горячий. Видя, что я и не думаю шевелиться, Валентина сама прикурила сигарету и затянулась ей.

Мы сидели молча примерно полчаса. Каждый думал о своем. Была открыта четвертая бутылка пива, и тут началось откровение.
— Я долго думала, наверное, я была не права. Чего мне надо было, дуре? Чего мне в тебе не хватало? Для семейной жизни ты просто замечательный.
— Ладно, не будем об этом. У тебя же сейчас кто-то есть. Я всегда знал, если кто-то у тебя появлялся, хоть ты так искусно это скрывала, но я же криминалист как никак. Мне надоело обоюдное вранье. Я хочу чистой и светлой любви.
— Любви ему захотелось, а обо мне ты подумал? Ей хорошо. Сколько ей 16 или 17? А мне уже 25. Мы с тобой в горы на автобусе ездили, пешком ходили, а теперь, ты ее в машине будешь возить, все достается этой щеглухе?
— Не говори чушь. Ты выпила. Спасибо за пешие прогулки, тебе же было хорошо со мной.
— Я никогда не думала, что с тобой будет вот так. Можешь позлорадствовать, я плачу. Миша, прости меня, давай вернем все на прежние места. Давай будем снова вдвоем. Давай поженимся. Я буду хорошей…

Это походило на плохой спектакль. Если бы вы знали, сколько раз я представлял эту сцену за семь лет нашего с Валькой знакомства. Как я хотел услышать эти слова, но сейчас Валькин порыв, ее откровение, меня абсолютно не трогали. Я вышел из машины. Горная прохлада… Как здорово здесь. На мои плечи легли ее руки, еще совсем недавно родные. Неожиданно Валя упала на колени и зарыдала. Я отвел ее к машине, уложил на заднее сиденье, дождался, пока она уснула, и отвез домой.

Прошло два года. Карьера ученого с треском провалилась. С преподавательской работы я ушел. Мир науки очень сложный. Мне не захотелось вертеться в атмосфере лицемерия, зависти и интриг. С кем поведешься…, а хочется остаться с чистой совестью и смотреть открыто людям в глаза. Ведь это очень важно. Как я этого раньше не понимал?

На новой работе праздновали Новый Год. Я был приглашен вместе с супругой. Зазвучала медленная музыка. Я танцевал с женой.
-Помнишь, - прошептала она мне на ухо,- под эту музыку мы с тобой танцевали на выпускном…

Михаил Тюнин
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.