В дебрях неизведанного

Автор: Texter | Посмотров: 130 | Категория: Страшные рассказы

0
«Лесной дух, хозяйничающий, по народному преданию, в лесах... Когда леший идет по лесу дозором, при его приближении шумит лес и трещат деревья. Он поет голосом без слов, бьет в ладоши, свищет, аукает, хохочет, смеется... Расставаясь с лесом, он бесится, ломает деревья и разгоняет всех зверей по норам... При наступлении зимы проваливается сквозь землю, исчезая на целую зиму, а весной опять выскакивает из земли...»

Детство мое прошло в Айлино. Помню убогую деревню, свою бабушку Бисерову Наталью Осиповну, которая из-за неимения обуви все лето ходила босиком, даже по лесу. Мне было около девяти лет (примерно в 1948 году), когда бабушка рассказала занимательную историю, случившуюся с ее мужем, моим дедушкой.

Рубил как-то дедушка лес на Чулковке. Солнце клонилось к закату. Надвигались сумерки. Уже низко по земле побежали длинные тени. Очищая вершинник от сучков, дедушка неожиданно почувствовал, что к нему кто-то подошел. Отставив в сторону топор и вытерев пот со лба, он вдруг увидел недалеко от себя довольно странное волосатое существо, которое в упор рассматривало его. На мгновение дедушка пришел в оцепенение, а потом проворно и поспешно перекрестился:

— Боже мой! Леший!..

Леший немного постоял, неторопливо развернулся и пошел в глубь корабельного леса. Дедушка еще долго наблюдал, как мелькал его высокий, мощный силуэт среди огромных, прямых, как пасхальные свечи, мачтовых сосен.

— Бабушка, а видел дедушка у лешего рога, копыта, хвост? — с детской наивностью спросил я.

— Леший — не черт. У него нет рогов, хвоста и копыт. Он шибко похож на большого мужика, только весь волосатый и ходит без одежи.

Трудно сказать, поверил ли я тогда бабушке, но твердо запомнил, что домовой живет в доме, водяной — в воде, черт — возле жилья, а леший — в лесу, там его место обитания. От того он и леший, то есть лесной.

В те далекие от наших дней годы встречи с лешими, домовыми, водяными, оборотнями, ведьмами, летавшими по ночам на метлах или голиках, не вызывали удивления. Люди верили в них, как в обычные вещи. И дедушка, наверное, тоже не сомневался в лешем, вряд ли задумывался над встречей с ним. Да и время для размышлений было самое неподходящее. Вскоре началась первая мировая война, затем гражданская. В 1919 году колчаковцы мобилизовали Петра Дмитриевича Бисерова в обоз, и вскоре он скончался в тифозной больнице в Новониколаевске (теперь город Новосибирск). Дедушка не дожил и до 40 лет. Я его никогда не видел и знал о нем только по рассказам бабушки.

Добавлю к сказанному, что до революции айлинские мужики лес на дрова валили на Чулковой горе за Воскресенским монастырем и речкой Иструтью. Заготовку вели летом, а зимой, когда Ай замерзал и устанавливался снежный покров, дрова санной дорогой развозили по домам. Теперь Златоустовского Воскресенского Единоверческого (православно-старообрядческого) мужского монастыря нет, а на его месте стоит небольшой поселок Иструть, названный по чистенькой горной речушке. Там и встретил Петр Дмитриевич лешего.

После 1948 года прошло много лет. И вот в 1970 году что-то подобное о лешем я опять услышал из рассказа моего тестя Степана Ивановича Нестерова.

Перед войной С. И. Нестеров работал старшим конюхом на Саткинском метзаводе. Тогда домны работали на древесном угле, поэтому завод держал много лошадей. В 1940 году Степан Иванович занимался заготовками сена для заводских лошадей на озере Зюраткуль возле Малого кыла и Москаля. Тут он и увидел высокое волосатое существо, которое вскоре скрылось в кустах.

Было раннее утро. Степан Иванович не успел, как следует рассмотреть его, не заметил, что стан был прямой, морда, как у человека, но волосатая, плечи широкие, но чуть-чуть сутулые, походка ровная. Существо, видимо, следило за балаганом, в котором спал;; рабочие, подходило к нему, но собаки учуяли, подняли лай. Больше его Степан Иванович не видел.

Но больше всего сведений о незнакомом существе я получил от айлинского пастуха Сергея Егоровича Шерстобитова. К сожалению, его уже нет в живых. Нельзя сказать, что С. Е. Шерстобитов его хорошо рассмотрел, изучил, но в его рассказах много подробностей и тонких, любопытных наблюдений. А они-то и дали повод для плодотворных размышлений.

С Сергеем Егоровичем я был хорошо знаком. Он мне даже приходился дальним родственником. Но дело не в этом. К тому времени я уже долгие годы занимался активным туризмом, часто путешествовал по Уралу, узнал много нового, занимательного. Вот он и обратился ко мне за разъяснениями о своих встречах с незнакомым страшилищем. Но я ему ничего не объяснил, хотя и предполагал, что это мог быть снежный человек. И вот почему.

В конце 50-х — начале б0-х годов в печати появились несколько сообщений о встречах со снежным человеком. В это же время вышла книга английского исследователя Ралфа Иззарда «По следам снежного человека». Я ее читал. Однако в этой книге про Южный Урал не было сказано ни одного слова. Портреты же снежного человека и лешего сходились. А потом о снежном человеке забыли на долгие годы. Поэтому я ничего не сказал о своих догадках Сергею Егоровичу. Наверное, не только ему, но и многим моим знакомым такое предположение показалось бы не просто необоснованным, а вообще химерным.

В 60 — 70-х годах Сергей Егорович пас гурты совхозного коровьего молодняка в районе Нургуша и Березяка. Места те тихие, лесные, горные, но это вовсе не райские кущи. В густых зарослях и сырых болотах в изобилии бродят лоси, шалят медведи, пугая добродушных телочек и доверчивых бычков и иногда загоняя их в непролазные топи. Леса там уремные, таежные, наполненные комариным звоном, хотя и нельзя сказать, что дикие, первобытные, так как древостой повсеместно побывали под вырубками. Но людьми посещаются редко: летом бывают иногда ягодники, грибники да лесорубы, а весной, осенью и зимой — полное безлюдье на десятки верст окрест от Сибирки до Тюлюка.

Вот тут и повстречался Сергей Егорович с незнакомым существом летом 1972 года.

Утром, когда Шерстобитов раздувал костер, чтобы согреть чай, ему показалось, что в кустах кто-то ворохнулся. Он поднял голову и в 40 — 50 метрах от себя увидел здоровое, волосатое существо, похожее на человека, но очень высокое. Страшилище (так он выразился) немного постояло и ушло за кусты. На нем совсем не было одежды, все тело было «в шерсти мышастой масти», руки тоже волосатые и даже длинноватые, туловище чуть сутулое, как у старика. Больше он его не видел. Обратил Сергей Егорович внимание на поведение собаки. Она несколько раз беззлобно тявкнула и тут же успокоилась, завиляла хвостом. Так собака лаяла только на лося да на незнакомых людей. При приближении медведя она вела себя агрессивно, свирепо, далеко выскакивала вперед и уводила зверя в сторону.

Через несколько дней Шерстобитов заметил, что в его балагане кто-то побывал. Так в Саткинском районе называют лесные избушки-полуземлянки, в которых ночуют покосники, охотники, пастухи, ягодники, грибники, лесорубы. Вещи на нарах были смещены, но ничто не пропало. Даже ножичек, топор и соль остались на своих местах. Собака заскочила в балаган вместе с хозяином, все обнюхала, но не выразила беспокойства. Однако котелок с вареной картошкой оказался пустой. Картошку кто-то съел тут же, так как на столике и на полу кое-где валялись кожурки с маленькими кусочками полураздавленной картошки. Соль даже не потрогали. Сергей Егорович знал, что люди в последние дни не приходили. Если бы сюда забрел медведь, то он обязательно что-нибудь напакостил, сломал, перевернул.

Места на Березяке малиновые. Малинники занимают огромные площади. Слияние двух Березяков — Малого и Большого — так и называют «Малиновым углом». Как-то вечером перед сумерками зашел Сергей Егорович в малинник. Ему показалось, что рядом кто-то прошел, и чья-то неясная тень беззвучно проплыла за ольшанниками. Заметил Шерстобитов, что в малиннике кто-то побывал, ел малину, хотя городские ягодники не показывались, и не слышно было их голосов. На траве были заметны чьи-то следы, примятины, но кусты стояли ровно, будто нетронутые. Медведь так себя не ведет. Он ломает посадки, любит валяться по земле.

Однажды ночью Сергей Егорович слышал шорохи рядом с балаганом. Собака проурчала, но лай не подняла и на волю не пошла. Утром огневище костра оказалось разметанным, угли остыли, а на земле остался четкий, вдавленный и очень крупный отпечаток босой человеческой ноги. Спутать было нельзя. Он явно не походил на медвежий — не было когтей, да и форма ступни не та. И еще парадокс — из-под углей и золы исчезла картошка, испеченная вечером на костре.

Встречи с волосатыми существами, издали похожими на людей, происходили и в других местах. Например, в Немецких степях, расположенных за озером Зюраткуль, между Нургушом и Уреньгой. Степи представляют собой обширные лесные поляны (горные луга) с разнотравной растительностью и с верховыми болотами. Иначе Немецкие степи называют Большекыльскими водораздельными болотами и торфяниками. Они раскинулись в верхнем течении речки Большой кыл и у западного подножья хребта Уреньги. Горные луга используются как сенокосные угодья. В степях обильно растет дикий прямой лук. К середине лета листья-стрелки этого лука становятся жесткими, твердыми, непригодными в пищу. Покосники замечали в Немецких степях каких-то незнакомых волосатых существ, которые выкапывали из земли луковицы и употребляли их в пищу. Попадались на глаза и огрызки луковиц. Пока неизвестно, какие дикие животные их едят. Это было последнее известие, поступившее мне в 1984 году. Больше ничего существенного я не слышал. Правда, были слухи, что в разные годы спорадично, мимолетом замечали леших на речке Большой Калагазе за Уваном, на западном склоне Зюраткульского хребта между Мохнатой и Голой сопками, о криках леших (чертей) возле села Меседа Катав-Ивановского района сообщал мне житель поселка Рудничного Анатолий Федорович Кутузов (рабочий Бакальской ГРП). В 1993 году М. М. Зайдиганов (из Сибирки) вспомнил, что давным-давно (после войны) видели леших на горе Свиридихе (Свиридовой релке). Всю ночь они орали, хохотали, не давали уснуть рабочим-лесорубам.

Есть и другие косвенные доказательства существования леших в Саткинском районе.

В Сатке бытует легенда о Казымовской горе. Пошли как-то девушки на эту гору по ягоды, и повстречался им шурале (леший). Девушки испугались и разбежались в разные стороны, а одна из их упала со скалы и разбилась. Но суть дела в другом. Шурале (леший) был волосатый и с рогами. Но рожки могли появиться позднее из чисто психологических соображений.


Источник: Газета «Саткинский рабочий»
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.