СОБАЧКА - Гном-А-Лле

Автор: Texter | Посмотров: 205 | Категория: Страшные рассказы

0
Деловито чихнув, собачка забралась передними лапами на стол и стала носом спихивать крышку со сковороды, насторожённо поводя ушами. То, что она творила – было верхом собачьей наглости. Хозяйка задала бы ей кошмарную взбучку, может быть, даже кочергой. Она торопливо глотала чуть тёплые котлеты, жевать было некогда. Собачонка съела последний кусочек и подняла морду, облизываясь: было очень, о-очень вкусно! И уже собиралась спрыгнуть на пол, как вдруг её глаза встретились с глазами застывшей в дверях полной женщины. «Ах, ты ж, зараза!» - заорала хозяйка, озираясь в поисках чего-нибудь, чтобы огреть наглую тварь. Шавка, опрокинув стул, с визгом прошмыгнула между ног Надежды во двор и скрылась в лопухах, закрывающих лаз под терраску.
- Да чтоб тебе пусто было, бессовестная!.. Я ж два часа вертела!.. Ну-у, погоди у меня!.. - бессильно ярилась хозяйка.
- Тёть Надь, чё случилось-то? - подал голос кто-то из гуляющей молодёжной компании, проходившей мимо.
- А-а-а, собака забралась... Весь ужин со стола пожрала! - сокрушалась Надежда. Молодёжь захохотала.
- Не ори, соседка, - откликнулся с соседнего двора дед Андрей, - шо котлеты, ещё навертишь. У меня внучка сегодня приезжает, заходи. Бабка пирогов напекла.
- Ирка приедет? - оживилась Надежда, словно позабыв про котлеты.
А беленькая собачонка отлёживалась под террасой, выжидая, пока Надежда уйдёт со двора...

Ирина ехала отдыхать. Уютнейшая деревня «Зелёная слобода», вся заросшая старыми деревьями, с действующей церковью, с загорелыми, поцарапанными мальчишками на велосипедах, речка, пусть и маленькая, но замечательно пригодная для купания и рыбной ловли, вполне доступный лес с грибами, земляникой и малиной. И с завтрашнего дня всё это – в её распоряжении: Ира взяла отпуск. В чемоданчике, таком старом, коричневом, тряслись цветные ситцевые сарафаны и халатики, пара купальников, шлёпанцы и парочка толстых книжек для ночного чтения. Вобщем, отпуск что надо! Как она это всё себе представляла: вдали от телевизоров, новостей, модной одежды: «Боже, можно таскать свою любимую драную футболку!» Позабыв о делах, бизнесе, обязательных рабочих отношениях и прочем, к чему она с удовольствием вернётся, но... через четыре недели! А сейчас... «Интересно, велик мой дед Андрей починил?» - подумала Ирина, улыбаясь и представляя свою комнату, - «Наверняка, ведь, печку затопил к приезду внученьки. Всю ночь теперь от жары подыхать буду! И пироги уже готовы!»
Всё это наполняло её блаженным покоем и ностальгическими воспоминаниями.

Приехала уже в темноте. До деревни – двадцать минут быстрым шагом. Автобус, покряхтывая и пофыркивая, укатил. Ира осталась одна. Дорога хорошо была освещена полной луной. Небо чистейшее. На Ирину накатили запахи лета. Слегка прохладный воздух ласково прикоснулся к голым рукам и шее. Июнь. В деревне сейчас полным ходом ночные гуляния. Ира припомнила садики, с сиренью, липами, рябинами, жасминами и прочей растительностью – она никогда не вдавалась, что там нынче цветёт, ей вполне хватало томной ночной теплоты с ароматным ветерком, кошачьими мявами, молодёжными компаниями с вином, гитарами или даже магнитофонами, с бабульками, сидящими заполночь на своих скамеечках под окошками. Ирина неспешно двинулась по хорошо знакомой дороге. Думалось только о предстоящем море отдыха и безделья. И о том, что «обязательно завтра на речку... ещё до завтрака».
Через двадцать минут блаженной прогулки Ирина начала различать впереди деревню: «Что-то темно. Электричество, что ли, отключили?» В тёплой неподвижной ночи вдруг неожиданно пронёсся порыв ветра и напугал своей неуместностью. Словно бы что-то постороннее пролетело над головой в темноте. Ира заторопилась домой: «Неуютно... Что-то не так...»

Ирина бежала по известным с детства улицам и с трудом узнавала их. Обычно освещённые окошки, молодёжь парочками, старушки на лавочках под окнами – всё это куда-то делось. Улицы затапливала одна огромная луна – света её хватало, впрочем, чтобы разглядеть и тёмные окна, и распахнутые во многих домах двери, и пустоту на улицах. Даже коты куда-то подевались. А луна просто катострофически низко зависала над головой. Непривычно огромная, пугающая, словно лик великана, обратившего свой равнодушный взор на муравейник и ковыряющего там палочкой. Неизвестно каким чувством она ощущала ледяной вой, от которого всё тело покрывалось изморозью. Воя не было слышно, только откуда-то приходила уверенность, что он есть. «Да что же это!» - непрерывно восклицала Ирина, чувствуя себя будто в вязком кошмарном сне, когда бежишь от опасности, но движения слабы. Что-то ужасное тащило её. Ире казалось, что если она хотя бы на секунду поднимет глаза на луну, как её сорвёт с земли словно соринку и повлечёт со страшной скоростью туда, на этот огромный сияющий блин. Она цеплялась всеми жалкими, просто физически ощущая никчёмность этих потуг, силами за землю. Цеплялась и ногами, и взглядом. Не смотрела вверх, хотя очень хотелось. Она знала, что нельзя. И выискивая лопушок, «под которым бы укрыться» – настолько малой себя ощущала – всё время где-то краем глаза видела эту луну. Она, казалось, и сквозь закрытые глаза будет проникать прямо в мозг.
Ира, задыхаясь, упала на четвереньки, и всхлипывая, ползла, обдирая коленки и ладони. «Что же это! Что же это!» - непрерывно шептала она, пока не уткнулась головой в забор. Словно затравленная кошка она заползла в кусты, переводя дыхание. И превозмогая непонятную волю, заставляющую поднять глаза, села на корточки и уткнулась носом в коленки.
Снаружи её убежища пронёсся порыв ветра, принёсший с собой не только волну ужаса, уже привычно обдавшую трясущуюся Ирину, но и ещё кое-что. Вначале сердце Иры забилось в надежде на спасение: она различила голоса. Человеческие голоса! Но через секунду она чуть было не взвыла в голос, до того жуткие звуки доносились до неё с другого конца деревни. Невозможно было понять, как ещё секунду назад она приняла их за людские! Ира различала скрадываемый расстоянием гул, словно бы от множества – не человечьих, нет – глоток. Словно бы хохот и пение, словно бы крики страдания – никак не возможно было разобрать, что там за звуки. Но складывалось ощущение, что все покинули свои дома и ушли туда. Ей рисовались чёрные призраки, полузвериные морды, оскалы, терзаемые жертвы – дикая безумная оргия каких-то оборотней. И её тащило туда – просто невозможно! Она поняла, что опять ползёт на четвереньках. Все попытки свернуть к дому деда заканчивались тем, что Ира находила себя кружащей по одним и тем же улицам.
Но она никак не хотела присоединяться к ним, ни в качестве пирующего, ни, тем более, в качестве жертвы. Ирина не выдержала, и почти заорала. Чтобы заглушить этот крик, рвущий ей горло, она изо всех сил укусила себя за руку. Получился страшный, задавленный хрип.

Она почувствовала, как глаз отпустил её. Перестал следить, словно бы разочаровавшись. Ветер наскакивал внезапно, креня деревья чуть не до земли. Ужас по-прежнему накатывал на неё вместе с порывами ветра. Потом наступало затишье. Потом – опять сильный вихрь. И снова тишина. Она, с трудом сдерживая жалобное поскуливание, выискивала, где бы схорониться до утра. Звуки, пугающие её, почти были неразличимы. Луна словно бы обратила своё внимание на другое, по крайней мере, она не ощущала больше той огромной силы, волокущей её куда-то против воли. Она забежала в какую-то открытую дверь – некое чутьё подсказало ей, что здесь уже всё кончено. Что «кончено», она даже не потрудилась сформулировать, просто знала, что сюда нечто больше не вернётся. Дом ощущался как пепелище, где огню больше нечего делать. Она испытала даже некоторое слабое сожаление, что никогда не узнает, что это было. Но твёрдо знала, что даже краем глаза – нельзя, потому как, тут же заметят.
Ирина мелко тряслась. В голове было гулко и пусто. Она почувствовала зверский голод, отдающийся тошнотворной болью в животе, словно бы пустота внутри требовала наполнения, угрожая начать пожирать её изнутри.
На столе стоял накрытый ужин, вполне освещённый из окон светом луны: четыре тарелки, нарезанный хлеб, и большая сковорода посередине, накрытая красной крышкой. Сковорода была еле тёплой, но изнутри доносился замечательный запах жареной картошки и... и котлет. Да, точно, котлеты. Она села на стул, собираясь снять крышку, как вдруг за окном пронёсся завывающий ветер, даже стёкла задребезжали и свет луны померк. Холодный спазм прокатился от горла до живота, оставляя после себя томительное бессилие. Ирина подскочила на месте и всем корпусом развернулась к окну. Луна скрылась за одиноким облаком, бог весть как занесённым на это пустынное небо. Облако светилось по краям неприятным желтоватым светом. И ветер торопливо сметал его в сторону от недовольно нахмурившегося лика луны. Улицы по-прежнему были пустынны и тихи. Даже далёкая оргия больше не докатывала свои волны сюда. И, за мгновение перед тем, как луна выпросталась из непрошенного покрывала, она увидела странное отражение в тёмном стекле. Она даже не сразу поняла, откуда здесь взялась беленькая собачка. И стоит ли её бояться...
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.