TxClub.Ru - Интересные рассказы и истории ! » Рассказы о приключениях » "Тропическое гостеприимство" Сергей Бугримов

 

"Тропическое гостеприимство" Сергей Бугримов

Автор: Lex | Посмотров: 296 | Категория: Рассказы о приключениях

0
Саманта влетела в здание аэропорта. В это время года всем нужно было куда-то отправляться. Переполненный зал напоминал встревоженный муравейник. Усиленно работая локтями, хрупкая студентка археологического факультета прокладывала себе путь сквозь плотные ряды, текучей в разные стороны толпы. Обладатели шикарных костюмов, вызывающих платьев, напыщенных физиономий и смазливых лиц с удивленной растерянностью шарахались в стороны. Как только разрезанная людская волна вновь соединялась, тут же вклинивался шлейф этой свиты, в образе, средних лет, носильщика, пыхтящего под тяжестью двух огромных дорожных чемоданов.
Девушка, тяжело дыша, протянула билет и документы.
-Посадка на ваш рейс уже закончилась!
-Но, как же…
-Подождите секунду, я сейчас узнаю.
Саманта нервно барабанила длинными, в меру ухоженными пальчиками по глад-кой поверхности стойки. За спиной раздавалось учащенное посапывание служебного помощника, косо поглядывающего на объемный багаж клиентки. Перспектива тянуть это все до самого трапа, не особенно прельщала. Лишь то, что в уме проносились вполне успокаивающие цифры гонорара за сверхобслуживание, придавало дополнительных сил.
-Все в порядке. Вас подождут.
-Ой, я вам так признательна! А то понимаете, мне…
-Поторопитесь!
По безмерному бетонному полю мягкий бесшумный бег женских кроссовок чередовался с торопливым шарканьем форменной обуви. Последние метры дистанции носильщик преодолевал уже в предынфарктном состоянии.
Один из пилотов ловко подхватил чемоданы и бросился к багажному отсеку. Второй еле успел ухватить несчастного за плечи, который, полностью обессиленный, готов был уже принять горизонтальное положение. Стюардесса впихнула ему в рот пару мятных таблеток. Пилот несколько раз встряхнул обмякшее тело. И только когда ласкающий хруст крупной купюры перешел из одних рук в другие, вкус к жизни стал возвращаться. В глазах появилась мысль, а в голове четко заработал план на ближайший вечер.
Оставив воскресшего наедине с его мечтами, каждый вернулся к прерванным обязанностям. Экипаж занял свои позиции, стюардесса, проводив пассажирку в салон и указав на принадлежащее той место, проследовала в носовую часть самолета, очевидно по неотложным делам.
Виновница задержки рейса, более-менее успокоившись, расслабленно плюхнулась в кресло. Слабый гул двигателей провозгласил о начале полета.
-Вы бы пристегнулись!
Саманта вздрогнула. Хотя сама не могла понять, почему. Скорее всего, слишком перенервничала, боясь опоздать. Она взглянула на своего соседа - симпатичного молодого че-ловека с открытой белозубой улыбкой. Девушка улыбнулась в ответ.
-Спасибо. С самого утра все идет не так. Сначала в душе пропала горячая вода. Потом приперся мой бывший друг и стал плакаться на жизнь. Он, видите ли, без меня не представляет своего будущего! Мне собираться надо, а тут приходится утешать этого ребенка…Не смейтесь…Он действительно еще мальчишка. В конце концов, я вынуждена была его просто выставить за дверь…
По дороге в аэропорт вдруг обнаружила, что забыла билет, и пришлось вернуться. В итоге - чуть не опоздала.
Все это время девушка безуспешно пыталась справится с металлической защелкой.
-Разрешите, я помогу! Видно неудачный день для вас продолжается.
Ловкие руки спутника быстро справились с несложной задачей.
-Вот и все! Теперь полный порядок! Кстати, меня зовут Марк.
-Саманта. – Сразу наступило какое-то внутреннее успокоение. От незнакомца, а впрочем, уже не незнакомца, исходила уверенная надежность. Он опреде-ленно ей начинал нравиться.
Самолет оторвался от земли. Пейзаж за иллюминатором расширялся, постепенно превращая обширные строительные продукты цивилизации в мелкие точки, разбавленные природными ресурсами.
-Я обожаю летать! – девушка поправила каштановый локон волос, который тут же принял изначальное положение. – Такое ощущение, что вплотную приближаешься к Богу. Иногда мне кажется – он здесь, рядом. За ближайшим облаком. Стоит только выпрыгнуть из самолета, и ты окажешься в его царстве. Глупо, да?
-Совсем нет! Вашей романтике можно только позавидовать. Странно. Мне нико-гда подобные мысли в голову не приходили. Но сейчас я и сам готов поверить в это. А собственно, почему такое невозможно? Кто может опровергнуть?
-Вы серьезно?
-Вполне.
Марк сделал многозначительную паузу, заполнив ее встречей двух пар юных глаз. Саманта, слегка смутившись, первой отвела взгляд.
-А я больше предпочитаю передвигаться морем. В прошлом году на яхте проде-лал двухмесячный круиз.
-У вас есть яхта?
-Давай перейдем на ты. Мы ведь уже знакомы, - он посмотрел на часы, - почти двадцать минут.
Саманта улыбнулась.
-Согласна. Так у…тебя…есть яхта?
-Отец подарил. За успешное окончание университета.
-И какое будущее тебя ожидает?
-Юридическое. Признаюсь – это семейное.
-Будешь непосредственно ловить преступников, или наматывать им срок уже тепленьким, в зале суда?
Марк громко от души рассмеялся, чем вызвал живой интерес, впереди сидящей, пожилой дамы. Та в свою очередь одобрительно кивнула, при этом, лукаво подмигнув девушке. Умудренная опытом старость радовалась за молодое поколение, у которого все еще впереди.
-Наоборот, - продолжил юноша перемалывать свою, пока еще не богатую биографию, - мой долг их защищать. Маньяков, убийц, насильников. Доказывать невиновность вконец опустившейся личности и убеждать присяжных в том, что мой подзащитный – само благородство.
-Ты адвокат!
-Как ты догадалась?
Саманта, наигранно–ласково, шлепнула его по руке.
-Перестань! У тебя уже были процессы?
-Самостоятельных пока не было, к сожалению. Но это только пока. Настанет день, и у офиса Марка Финчли будут выстраиваться очереди. Как, по-твоему, я подхожу к роли знаменитой грозы прокуроров?
-Еще бы! – Саманта восторженно захлопала. Ей на удивление было легко и весело в обществе симпатичного человека, так быстро подобравшего ключи к не разбалованной, чистой душе. – Им всем скоро вообще нужно будет подавать в отставку. И наступит эра неподсудности! Тюрьмы разрушат за ненадобностью, а вместо них вырастут зоны криминальных развлечений. Где каждый сможет проявить свой негативный потенциал. Последний, оставшийся в живых, награждается памятным дипломом с твоей подписью. Проблема перенаселения планеты перед человечеством больше не стоит. Начинается золотой век выживания!
-Грандиозно!
Марк прильнул губами к руке девушки. Она ласково на него посмотрела.
-Но…
-Но мне нужен друг и соратник. Лучше твоей кандидатуры не вижу.
-Ну, уж нет! Тебе строить будущее, а мой удел копаться в прошлом. Я ведь архео-лог…Скоро стану…Буду откапывать результаты твоей деятельности.
-Вот тебе раз! Упиваешься заоблачными желаниями, а сама собираешься нырнуть под землю.
-На небо я еще успею. Там пока обходятся без меня. Давай лучше отметим наше знакомство.
-Какой же я осел! Любому нормальному мужчине эта мысль давно бы уже не да-вала покоя. Прошу простить недалекого субъекта, недостойного даже вашего мимолетного взгляда.
-Зато, вполне достойного искупить свою вину.
-Шампанского?
-Пожалуй.
Марк заказал бутылку полусухого элитного напитка и огромную плитку шокола-да.
Пробка совершила несколько воздушных куль битов и зарылась в пышные кудри мирно спящей мулатки. Затаив дыхание, веселая парочка отслужила минуту молчания. Ожи-даемое возмущение дремало вместе с хозяйкой.
-За тебя!
-За нас! – поправила Саманта и протянула наполненный бокал для ритуального звона. Хрустальное эхо поднялось вверх и плавно растворилось. Девушка сделала глоток. – Ух, какое холодное!
-Как полагается!
-Давай молча выпьем до дна. А пока будем пить, загадаем желание. Сокровенное.
-Интересно! Сама придумала?
-Вычитала в рецептах гомосексуалистов.
-Да, веселые ребята! Оказывается, кое-что и у них можно взять. Ну, что ж, попро-буем.
Марк, как заправский пьяница, сделал шумный выдох и медленно начал втягивать шипучую жидкость. Саманта проделала тот же маневр, еле сдерживаясь, чтобы ни поперхнуться от смеха.
Вдруг самолет задрожал, накренился в сторону и резко пошел вниз. Два недопи-тых бокала одновременно оказались на полу. Женские пальцы схватились за рукав мужского пиджака. По салону, цепляясь за спинки кресел, пробиралась перепуганная стюардесса. Паника моментально заполнила все внутреннее пространство летательного аппарата.
-Мамочка!!! Что это?
-Не волнуйся! – Марк, бледный и растерянный, крепко обнял девушку за плечи. – Все будет в порядке!
Резкий толчок… Зависание… Секундный набор высоты… И вновь вниз… Ощу-щение от русско-американских горок, в момент обледенения полосы, в дебютном гастрольном проекте по крайнему северу.
Стеклянный взгляд старика зафиксировал последний кадр жизненной пленки. Сердечный стимулятор сиротливо попискивал в остывающей руке... Истерический альянс по-полнял свои ряды… Вырванные волосы… Кровавые ладони от впившихся ногтей… Проклятия, молитвы, безумный смех и тупая обреченность…
Самолет уже не дергался, он просто падал…

Тишина… Мертвая, безмолвная… Пустота… Пожирающая все вокруг…
И не подавится!.. Бред… Если есть бред, должно еще что-то быть!.. Интересно, куда ме-ня определят?.. И где эти, с крылышками?.. А вдруг сейчас припрется омерзительная морда, с рогами?.. Где же Марк?.. Там должно было еще остаться полбутылки шампанского… Идиотизм!.. О чем я думаю?.. И я ли это?.. Это…
Я никто… Ничто… Нечто!.. Или некто?.. Почему так темно?.. Ничего не вижу… Не слышу… Нет, какой-то звук все-таки доносится… Не могу разобрать… Спокойно… Без пани-ки… Ты сильная девочка… Есть!.. Слабый свет!.. Пропал!.. Опять!.. Не упускай его!.. Держи!.. Уходит!.. Ускользает!.. Вернуть!.. Стой!.. Хватай его!.. Чем?.. Руки… Где руки?.. Не вижу… Не чувствую… Ничего нет!.. Дыхание… Да!.. Есть!.. Я дышу!.. Глубже!.. Еще!.. Еще раз!.. Ну, да-вай!.. Втягивай его!.. Сильнее!.. Сильнее!.. Вижу… Вижу!.. Возвращается!.. Растет!.. Дышать!.. Не выпускать!.. Еще немного!.. Устала!.. Терпи!!! Последние усилия!.. Ну!.. Ну!.. Иди ко мне!.. Ближе!.. Ближе!.. Я здесь!.. Ты нашел меня!..
Дрожащие веки разомкнулись. Шорох листвы шумно приветствовал:
«С возвращением в грешный мир!». Саманта лежала в высокой густой траве, в позе «морской звезды», раскинув в стороны конечности и глядя в пробивающееся, сквозь ветви, безоблачное небо. Воспоминания крутились в голове как в мясорубке, перерабатывая последние события в кошмарный фарш. Время, как будто, остановилось. Вечность сжалась в мгновение. Страх… обнаружить недостающие звенья, только начинающего расцветать, молодого тела. Жива!.. Но так ли это существенно?.. А если не смогу подняться?.. Если этот клочок неба, лишь безжалостное продление перехода в небытие?.. Пропуск, который еще не успели завизировать… К черту!.. Будь, что будет!..
Шевельнула рукой. Второй. На месте! Осторожно приподнялась. Вроде все в на-личии! Подогнула под себя ноги и медленно встала. После нескольких шагов стало ясно, что особых повреждений нет. Небольшая царапина, чуть ниже колена, ссадина на локте, два сло-манных ногтя и сладковатый привкус во рту от рассеченной губы. Вот и весь комплект повреждений. Теперь можно было спокойно проанализировать сложившуюся ситуацию.
Саманта огляделась вокруг. Величественные огромные деревья безмолвно окру-жали хрупкую девушку. Из дупла высунулась любопытная мордочка одного из местных обита-телей и уставилась на невиданную гостью. Сверху доносилось встревоженное щебетание пер-натых, обсуждающих несанкционированное появление, странного вида приземленного существа, в своих владениях. По стволу безразлично спускался бесконечный удав.
Вздрогнув, она отпрянула назад и бросилась бегом, растворяясь в разнообразном ландшафте дикой природы.
Не разбирая дороги, которой, впрочем, и не было, Саманта пробиралась через сплоченные заросли. Учащенно билось сердце, молотом отдаваясь в висках. Отдышка усилива-лась. Глаза, наполненные предательскими слезами, слабо различали расплывчатый путь движе-ния. Вскоре сухая коряга внесла свои коррективы. Беглянка распласталась на усеянной хворо-стом земле.
«Что это со мной? Куда я несусь? Схожу с ума! Нет! Не дождетесь!» Села, обхва-тив колени, задумалась. «Аэропорт. Самолет. Марк. Катастрофа…» Мысли выстраивались по порядковым номерам. Реальность возвращалась. «Я жива… одна… в незнакомом лесу… Это факт!.. Дальше… Что же все-таки произошло? Последнее, что я помню, это как кто-то крикнул, что оторвался хвост. Затем, надо мной появилась трещина, сквозь которую пробивалось яркое солнце… Что же потом?.. Чьи-то холодные пальцы вцепились в запястье. Потное перекошенное лицо орущего мужчины… Меня подбросило… И, пустота… Теперь я здесь. Сижу и пускаю слюни. Если я жива, наверняка еще кто-то спасся. Надо идти. Но куда?.. Да какая разница! Куда-нибудь, выйду!»
Сгущались сумерки, а ноги все неслись вперед, не чувствуя усталости и не ощу-щая цепляющихся колючих веток кустарников. «Только без паники! Только бы не впасть в истерию! Я выберусь! Должна выбраться! Выкарабкаться из такой передряги и сгинуть в этой глуши! Никогда! Мы еще повоюем!» Саманта улыбнулась. Так когда-то говорил ее дед, заядлый карточный аферист, после очередного сломанного ребра валяясь на больничной койке. Он учил внучку, ни при каких обстоятельствах не падать духом. «Запомни мышонок, безвыходных положений не бывает. Ибо, если можно войти, значит можно и выйти. Нужно просто переделать вход на выход». И она впитывала мудрые советы своего кумира детства.
…Ласковое солнце обнимало одинокую фигуру на пустынном берегу. Волны, нежно накатываясь и отступая, манили к себе. Саманта вошла в чистую прохладную воду. Она плыла спокойно и уверенно, наслаждаясь ощущением безмерного счастья. Бездонный и загадочный мир под ней, яркий и свободный сверху, и посреди этих двух вселенных она, гордая и упрямая, скользящая по краю противоположных границ одного целого. Вечность, на миг выпускаемая выдохом, и вновь возвращающаяся обратно при вдохе… Исчез берег, оборвалась последняя марионеточная нить. Душа, воспарив, нырнула в…
Саманта очнулась. По щеке что-то ползло. Она с омерзением смахнула наглеца, которым оказался паукообразный абориген, бесцельно шляющийся по родной территории. От-летев, он наградил ответными приветственными эпитетами, внезапно вдруг ожившее, странное бревно, и, быстро перебирая лапками, аннулировал свое присутствие.
Девушка встряхнула головой, протерла глаза, подтянулась. «Утро. Значит, я про-спала в лесу целую ночь! Одна! В окружении омерзительного местного контингента! Единст-венное, что радует, это не надо волноваться за собственную честь». Саманта горько усмехнулась. «Хотя сейчас, я бы наверно с удовольствием поменяла непорочность на встречу, с каким-нибудь неандертальцем. Ладно, надо идти». Скептически оглядев замусоленную одежду, кое-как отряхнулась, выпрямилась. Все тело ныло. Мурашки в затекшей ноге восстанавливали кровообращение. Попрыгала на месте, сделала несколько гимнастических упражнений, напевая популярный ритмический мотивчик. «Хорошо хоть зеркала нет! Представляю эту замызганную физиономию!» Сплюнула на ладонь, поднесла ее к лицу, но тут же опустила и вытерла о заднюю часть джинсов. «Нет, не быть мне кошкой!» Оправилась и пустилась в дальнейшее путешествие.
Угрюмый спутник, в виде однообразного пейзажа, долгое время сопровождал представительницу лучшей половины человечества. Ощущение пешеходного тренажера, когда наматываешь километры на одном квадратном метре.
Затерянная в дебрях однотипного разнообразия, измученная жаждой, хрупкая, выращенная в тепличных условиях, зажав кулачки и сцепив зубками нижнюю губу, под апло-дисменты взлетающих птиц, Саманта продиралась вперед. И вот, наконец, что-то вроде начало изменятся. Хотя по-прежнему окружали те же деревья, заросли, кустарники, но подсознание девушки уже улавливало какие-то перемены. С удвоенной энергией она ринулась в зовущую неизвестность. В скором времени перед взором путницы предстала трагическая картина, сва-лившаяся с неба и внесшая определенный хаос в отлаженную структуру данной местности. Со всех сторон смотрели «солнечные зайчики», удобно устроившись на разбросанных металличе-ских обломках, некогда составляющих современное достижение авиации. Носовая часть само-лета врылась в землю, обгоревшие сидения, некоторые приземлились, а остальные раскачивались на уцелевших деревьях, рассеянные повсюду крупные и мелкие осколки стекол, клочки материи, раздавленные сумки и раскореженные чемоданы. И вперемешку со всем этим, изуро-дованные тела. Саманта, как во сне, бродила среди мертвых взглядов. Безумие парило невдалеке, готовое в любой момент всосаться в девушку. Зарыться в мозг, и избавить юное создание от бесплодных поисков своего предназначения в этом несовершенном совершенстве, именуемом жизнь…
Скопившиеся за последнее время эмоции воплотились в беззвучный крик. На бледном лице Марка застыла гримаса ужаса и разочарования. Серые глаза смотрели в никуда. Во рту копошились какие-то насекомые. Кусок стального листа возвышался как обелиск, разрезав пополам несостоявшегося адвоката. Девушка опустилась на колени. Дрожащей рукой провела по холодной щеке. Положила ладонь на лоб и чуть сместила ее вниз, помогая векам, в последний раз сомкнутся.
Тянулись часы, а сухая почва с наслаждением продолжала впитывать в себя неиссякаемый поток девичьих слез. Лес замер, как бы участвуя в похоронном ритуале, молча, наблюдая за церемонией прощания. И даже ветер, безуспешно пытающийся осушить соленые реки, затих, устроив себе небольшой тайм-аут. Лишь глухой стук страдающего сердца эхом кружил над затерянной зоной трагедии…
Саманта шла по узкой звериной тропе уже довольно долго. Измучившись в труд-но проходимых зарослях, она случайно наткнулась на эту, слегка протоптанную, полоску дороги. Выбрав одно из двух направлений, не спеша, чтобы ни сбиться, пустилась по еле заметным следам. Жажда не тревожила - притупилась. Зато желудок начал усиленно требовать пищи. Покинув в полной прострации место катастрофы, мысль о возможности найти там остатки продовольствия и воды посетила тогда, когда отыскать обратный путь было уже невозможно. Оставалось надеяться только на чудо, которое успеет до того, когда бренная душа еще не покинет своего временного обиталища. «Только бы не потерять сознание», - думала девушка, время от времени ощущая легкое головокружение. Остановки становились все чаще и продолжительнее. Очередной день путешествия подходил к концу. Тропинку затягивало сгущающимися сумерками. Саманта свернула на несколько шагов в сторону, облюбовала густую мягкую траву под кустарником и, свернувшись калачиком, тут же вошла в сон…
…Душа, воспарив, нырнула в бесконечность. Яркий, невероятно белый свет во-допадом струился со всех сторон. Он был мягкий, чарующий и совершенно чистый. Как непорочное зачатие, как несбывшаяся мечта, как глоток первой любви. Как гармония автора с творением. А сверху плавно спускается, протянув руки, в таком же ярко-белом одеянии, но не сливающимся с общим фоном, улыбающийся… Марк. Он подходит вплотную. Дотрагивается губами кончика ее носа. Они влажные и холодные. Она слышит его дыхание, чувствует запах. Странный, нечеловеческий…
Саманта открыла глаза. В первое мгновение она решила, что сон продолжается, только внеся некоторые элементы кошмара. Рука непроизвольно совершила отмахивающий жест. Видение мотнуло головой и уселось на задние лапы, с интересом наблюдая за пробуждением непонятно пахнущего существа. Реальная действительность дрожью прошлась по всему телу девушки. В двух шагах, в величественной позе, склонив голову чуть набок, тихо посапы-вал огромный тигр. Саманта, оцепенев, с ужасом ожидала, когда зверь приступит к утренней трапезе. Но «полосатый» был совершенно спокоен, и никаких признаков аппетита не проявлял. Девушка осторожно привстала. Лохматое ухо слегка вздрогнуло.
-Ну, привет! – Как можно более ласково произнесла она. – Я, наверно, случайно вторглась в твои владения. Извини!
Голова зверя сделала кивок и переместилась на другую сторону.
-С удовольствием бы поболтала с тобой, но очень спешу. Рада была познакомит-ся.
Саманта медленно поднялась на ноги и, стараясь не делать резких движений, находясь лицом к тигру, попятилась в глубь зарослей. Зверь никак не реагировал. Мирно сидел и взирал на это отступление. Как только ветви кустов и стволы деревьев скрыли из виду дикого представителя кошачьих, девушка быстро повернулась и бросилась бежать. Лес цеплялся свои-ми лапами, царапал нежную кожу, впутывался в волосы, трещал сухим смехом. Он нашел новую игрушку и не торопился выпускать ее из своего лабиринта. Как ребенок, которого не балуют чрезмерными развлечениями. Которому хочется из единственной куклы выжать как можно больше удовольствия.
Спринт перешел в марафон. Второе дыхание уступило дорогу третьему. Четвертому. Сердце выскакивало из груди, доведя кровообращение до критической скорости. Не хватало воздуха. Направление не контролировалось. Лишь бы подальше от хищника! И совсем не принималось во внимание, что он здесь не единственный любитель свеже-мясных блюд. Что вегетарианские законы далеко не на первых ролях в этих джунглях. Сейчас преобладало чувство самосохранения именно в данный момент. В момент зрительной опасности. В механических инстинктах, заложенных природой.
Нога подвернулась, и Саманта, вскрикнув, свалилась под дерево. Хриплый вы-хлоп озона чередовался со свистящим всасыванием кислорода. Голова кружилась, перед глаза-ми плавал калейдоскоп кругов, тупая боль гуляла в левой лодыжке. Немного отдышавшись, она задрала штанину и осмотрела место повреждения. Опухоль уже давала о себе знать. Стянула свитер, оторвала от пропотевшей блузки значительный кусок материи и сделала тугую перевязку. «Да, теперь уже не побегаешь. Десерт из глупой девчонки готов к употреблению. Прошу к столу! Ну, кто первый?» Горькая мысленная ирония перемешалась с обреченностью. Саманта сидела, облокотившись спиной к необъятному стволу старого кедра, закрыв глаза в безразличном ожидании. «Какого черта трепыхаться! Все равно отсюда мне не выбраться. Либо звери сожрут, либо голод. Даже не знаю, что лучше. О, кажется кто-то, уже облизываясь, подбирается. Размечталась о голодной смерти! Как же! Дождешься тут! Ну, давай. Кого накормить? Веса, конечно, за последнее время не прибавилось, но на один шикарный банкет вполне хватит». Мягкий шорох приближался. Ужасная развязка монотонно отсчитывала последние мгновения.
Тигр остановился на расстоянии вытянутой руки, обнюхал под собой почву и спокойно улегся, опустив голову на передние лапы. Саманта безошибочно, по небольшому шраму на лбу, узнала в нем старого знакомого. От которого мчалась без оглядки несколько ча-сов.
-А, это опять ты! Нагуливаешь аппетит? Ну, что уставился? Не нравлюсь? Так иди, поищи кого-нибудь по привлекательней. Или ждешь, пока я сама прыгну тебе в пасть? А может мне еще сплясать, для улучшения пищеварения?
Зверь смотрел на это разговорчивое существо, почему-то бегающее по кругу, а теперь устроившееся под одним из его любимых деревьев, служащим для справления необхо-димых нужд, и только подергивал ушами. Новые, так не похожие на надоевшее карканье, чириканье, рычание и тому подобное, звуки, чересчур мелкие и ослепительные клыки, явно не предназначенные для охоты, лишние две конечности, не используемые при передвижении, странная шкура, непонятный запах – все это читалось в любопытном взгляде животного.
-Молчишь? Развалился тут, а я перед ним распинаюсь! Что, грязная? Ну, извини! Душ принять не успела. Ничего, не подавишься. А, ждешь подкрепление! Пир в кругу семьи. Одобряю. К сожалению, для такого события я не захватила вечернего платья. Но, не расстраи-вайся. Оно совершенно не годится в качестве пищи. Только испортишь желудок. К тому же, усыпанное бисером. А он отвратительно переваривается. Еще вдруг сляжешь, и мне будет стыдно.
Саманта изливала бредовый словесный поток, все ближе подбираясь к безумию. Наверное, так себя чувствует преступник перед смертной казнью, получивший последнее сло-во. Всеми силами убогого интеллекта пытающийся, как можно более масштабно, развернуть свое красноречие, и тем самым, хоть на миг, продлить земное существование.
-Ну, долго еще будешь издеваться? Ты, случайно, не заснул?
Уже не отдавая отчет своим действиям, Саманта протянула руку и опустила ее на огромную лапу хищника. И вдруг, тигр шевельнулся, подполз и… положил голову на колени оторопевшей девушке…
Свирепый представитель дикой породы, гроза для травоядных, ужас для осталь-ной мелочи, всегда привыкший быть хозяином положения, признающий только закон силы, свой закон, герой легенд и сторожила устоявшихся традиций страха - сейчас, как домашний ко-тенок, мурлыкал от удовольствия, отдаваясь наслаждению, не изведанной доныне ласки.
Саманта, с присущей ей нежностью, почесывала за ухом «лесного короля», не за-мечая катившихся по щекам слез. Происходящее никак не помещалось в измотанное сознание. Лишь чрезмерная романтика юной особы и сверхчувствительная сентиментальность помогали ей удерживаться на бурлящих волнах действительности.
-Что же, прикажешь, теперь с тобой делать?
Хвост тигра заерзался как автомобильные дворники, обозначая по земле полу-круг.
-Да, глупый вопрос. Скорее, что тебе со мной делать? Я, как-то, не ожидала тако-го поворота событий.
Морда зверя потянулась к заплаканному лицу. Обнюхав его, он принялся слизы-вать соленые потеки, заменяя их природными выделениями влажности шершавого языка. Са-манта зажмурилась, и на какое-то время безропотно отдалась на милость звериному любвеиз-лиянию. Затем обхватила могучую шею и прижалась к ней своей грудью.
-И откуда ты взялся, такой? А, малыш?
Тигр не пытался высвободится из объятий, он лишь слабо пофыркивал от попа-давших в нос волосков каштановых локонов.
-Как же мне тебя называть? У каждого хорошего мальчика должно быть хорошее имя. Ты ведь у меня такой умный, сильный, красивый, как…
Губы девушки дрогнули.
-… как Марк… Да… Точно… Буду звать тебя Марком. Ничего не имеешь про-тив?
Новоокрещенный положил лапу на хрупкое плечо и лизнул в ухо свою подругу. Саманта, в ответ, поцеловала его в холодный нос.
-Вот и отлично! А теперь надо отсюда как-то выбираться. Ты ведь поможешь мне?
Она отстранила от себя, слегка сопротивляющегося, Марка, поднялась, осторожно перенесла вес тела на травмированную ногу и с облегчением вздохнула.
-Вроде, все в порядке. Можем идти. Ну, подымай свой зад! Марк! Вперед!
Тигр сидел в позе дрессированного хищника ожидающего определенных указа-ний от укротительницы, и лениво обдумывающего – стоит ли сразу выполнять команду, или немного подождать, выклянчивая лестные уговоры, так приятно напоминающие о былой гордости.
-Это, что еще за капризы? А? Ждешь особого приглашения? И не стыдно? Эх ты! Джентльмен! Ну, как знаешь!
Саманта повернулась и, заметно прихрамывая, сделала несколько шагов. Остано-вилась. Бросила взгляд назад.
-Хватит баловаться! Слышишь! Марк!
Звериные мозги, наконец, впитали, что от них требуется. Марк поднялся и вели-чественно подошел к девушке. Она ласково потрепала его загривок.
-Ты здесь хозяин, тебе и карты в лапы. Веди меня, мой принц!
И экстравагантная парочка двинулась в путь. Процессию возглавлял Марк, время от времени останавливаясь и смирно ожидая, когда хромающий хвост этого мини каравана подтянется.
-Подожди, не так быстро! – воскликнула Саманта, в очередной раз, потеряв из ви-ду проводника. – Марк! Ты где?
Из зарослей высунулась голова. Девушке на мгновение показалось, что тигр улы-бался. По своему. По звериному. Но улыбался.
-Чего смеешься? В прятки мы потом поиграем. А сейчас, в твои мужские обязан-ности входит внимание к даме. Подцепил девушку, теперь ухаживай за ней.
Марк кивнул, толи в знак согласия, толи по каким-то другим причинам, тщатель-но обследовал ближайший куст, окропил его в нескольких местах, удовлетворенно фыркнул, затем развалился и приступил к гигиенической обработке личного достоинства.
-Начинается! Другого времени не нашел? – Саманта, смутившись, отвернулась в сторону. Огромный комар впился в шею. Однако добраться до кровавой живительной влаги он не успел. Последний героический налет закончился размазанным пятном под тонкими пальчи-ками. – Все! Достаточно! Подымайся!
Обаятельное негромкое урчание свидетельствовало о готовности продолжить пу-тешествие. Марк стоял, в пол оборота повернувшись к напарнице, довольный и счастливый. Его зеленые зрачки излучали уверенность и гордую ответственность за беззащитное существо, растерянное и совсем не приспособленное для этого прекрасного мира. Современного мира древних традиций борьбы за выживание, мира, в котором существует естественный порядок вещей, полная гармония, устоявшееся равновесие многообразной формы жизни, подвластной только воле создателя.
И в этой, перенаселенной духовным отсутствием пустыне пульсировало одинокое человеческое сердце, не теряющее надежды возвратится в свой – прекрасный мир.
Короткие отрезки, редко встречающихся, еле заметных тропинок чередовались с долгим бездорожьем непроходимой чащи. Марк, теперь уже, пробирался медленно, не удаляясь от девушки дальше, чем на один прыжок. Саманта, изрядно уставшая, покрытая мелкими мно-гочисленными царапинами, постоянно ощущая ноющую боль в ноге, облизывая пересохшие потрескавшиеся губы, стойко преодолевала каждый метр бесконечной дистанции. Внимание со стороны насекомых становилось все более ощутимым. Из этого следовало, что недалеко должен быть какой-нибудь водяной источник. Она искренне верила, что Марк ведет ее именно туда.
В скором времени ожидания оправдались. Небольшое озеро с болотистыми, вяз-кими берегами вынырнуло в сверкающих солнечных бликах. Марк, не долго думая, тут же принялся утолять звериную жажду, в блаженстве поджав хвост и производя булькающие звуки, характерные для такого мероприятия. Саманта, в изнеможении повалившись на землю, пыталась что-то сказать, но высохший язык не функционировал и из легких вылетал лишь невнятный сухой выхлоп. Тогда она собрала остаток сил и на четвереньках ликвидировала последний отрезок, отделяющий ее от глотка жизни. Разогнала заплесневевшую тину и полностью погрузила голову в мутный водородный концентрат. Через минуту, на обдуваемом ветром мокром лице играла расслабленная улыбка. Как будто рожденная заново, с возвратившейся былой легкостью, девушка сбросила с себя всю одежду и в сопровождении звенящего смеха бросилась в воду. Весь пережитый катаклизм последних дней остался на берегу.
-Эй, Марк! Не желаешь, ополоснутся? Иди сюда, ко мне!
Тигр лежал, растянувшись во весь свой внушительный рост, и только вяло подер-гивал ухом. Саманта подплыла и окатила зверя рассеивающимися брызгами. Тот вскочил, об-трусился и издал обвинительный рев.
-Какие мы нежные! Лучше отвернись. Я тебя стесняюсь.
Но Марк продолжал куда-то смотреть, явно начиная волноваться. Проследив за его взглядом, девушка обнаружила на противоположном берегу движение нескольких аллига-торов, медленно погружающихся в озеро. Выход из воды был еще более стремительным, чем вход в нее. Одно из зеленых бревен уже успело преодолеть треть дистанции и неумолимо продолжало приближаться. Схватив вещи, Саманта придала Марку ускорение, пнув его ногой под зад. Хотела легонько, но впопыхах получилось довольно резко, и инстинкт зверя чуть было не привел к трагическим последствиям. Клыки щелкнули в опасной близости. Путешествию гро-зила естественная развязка, вскормленная местными нравами окружающей дикой природы.
-Извини, малыш! – Девушку не испугал обнаженный оскал тигра. Вернее, она просто не в состоянии была оценить возможную опасность со стороны уязвленного самолюбия Марка, поскольку весь ее испуг, в данный момент, уже выбирался на сушу, тупо вонзаясь ма-ленькими глазками в долгожданную добычу. – Сейчас не время сорится! Бежим!
И, не тратя времени на дальнейшее разжевывание сложившейся ситуации, Саманта нырнула в объятия лесных зарослей. Через сотню метров, ничего не подозревающая, спокойно лежащая колючка ощутила на себе тяжесть нежной, не защищенной подошвой, женской ступни. Девушка взвизгнула и запрыгала на месте. Когда Марк появился в радиусе обозрения, танец, напоминающий священный обряд древних аборигенов, еще продолжался. Он, с нескрываемым любопытством, уставился на это впечатляющее зрелище. Мокрая повязка, красовавшаяся на месте ушиба, составляла единственный атрибут, непосредственно прикрывающий тело.
-Ну что, понравилось? – обратилась девушка к зверю, после того, как несколько успокоилась и с омерзением начала вынимать мелкие занозы. – Аж язык от возбуждения высу-нул! Нет, это какой-то бред! Сижу в лесу, совершенно голая, на гнилом пне, рядом с хищни-ком, и веду с ним светскую беседу. Дурдом!
Завершив экзекуцию по удалению посторонних предметов, она помассировала ступню и взглянула на валяющуюся одежду. Как ни странно, весь гардероб был в наличии. Са-манта оделась, сделала перевязку. При этом убедилась, что опухоль не разрастается, а даже не-много спала, и, почувствовав возврат уверенности и хладнокровия, повернулась к Марку.
-Какие будут предложения? Скоро стемнеет, и желательно убраться отсюда по-дальше. Шевели мозгами! После встречи с твоими земляками я совсем потеряла ориентацию.
Мозги шевелились недолго. Тигр совершил круг почета, остановился, на секунду задумался. Почесал задней лапой за ухом и, выбрав нужное направление, развязно поковылял, помахивая хвостом в знак – следовать за ним.
Сумерки сгустились неимоверно быстро. Густой мрак разбудил ночных обитате-лей.
-Все! Привал! Больше не могу!
Саманта опустилась на землю. Марк подошел, обнюхал спутницу, покрутился на месте, и стал устраиваться на отдых. Девушка подождала, пока зверь определял для себя опти-мально-удобное положение, затем пододвинулась к нему поближе и легла, обняв могучую лох-матую шею. Сон моментально отключил сознание…
… Она слышала его дыхание, чувствовала запах, странный, нечеловеческий… За-пах крови?.. Да… Но откуда?.. Вокруг, все такое белое!.. Яркое!.. А где Марк?.. Ушел!.. Вокруг никого… Ничего… Только ослепительная белизна… И этот запах… крови и сырого мяса…
Свет потускнел, сделался серым и настораживающим. Дрогнувшие веки чуть приоткрылись. «Утро. Так быстро!» Рука потянулась в сторону, в надежде нащупать знакомую шерсть. Пальцы наткнулись на что-то мягкое и слизистое. Запах из сновидения вновь повис в воздухе. Саманта повернула голову, взглянула на ощупываемый предмет и в ужасе вскочила. Огромный кусок оленьего бедра издавал, еще не успевшую выветрится, теплую парную све-жесть. Марк, полу развалясь, наблюдал за странной реакцией подруги. Он с таким блеском провел ночную охоту, так классически выследил добычу! Даже не выследил, а скорее вычислил ее. Осторожное животное не успело еще сообразить, что к чему, как верные клыки уже вонзились в дребезжащую глотку. Не час-то ему приходилось с таким вдохновением реализовывать свои способности. Чаще, подобные операции носили чисто потребительский характер. Теперь же, предстояло заботиться не только о себе. Самолюбие подталкивало произвести на понравившееся, хоть и беззащитное существо, определенное впечатление. И поэтому, самый лучший кусок был предоставлен в распоряжение попутчицы. А она – стоит тут оцепеневшая, даже не поблагодарила. Нет, что-то в этой жизни он явно не понимает!
-Это что, мне? – девушка брезгливо поежилась. – И ты думаешь, я такое буду есть? Фу! А огонька у тебя случайно не найдется? Развели б костерчик, приготовили порядоч-ное блюдо. Или тебе нельзя жареного? Эх ты – первобытный осколок цивилизации!
Ей вдруг показалось, что зверь как-то виновато потупился.
-Ладно. Извини! Спасибо, конечно! Только не представляю, - как «это» можно употреблять в подобном виде. Если я откажусь от угощения, ты не сильно обидишься? Не уст-роишь мне сцену отвергнутого гостеприимства?
Подсознательно она уже начинала понимать, что если не забросит в желудок че-го-нибудь, то голодный обморок не за горами. И подготавливая себя к неизбежному, все же, как могла, оттягивала жуткий момент поглощения сырого мяса. «В конце концов, - думала она, - какая разница – от чего отбросить копыта. От физического истощения, или от моральной несовместимости организма. Во всяком случае, пора на что-то решится».
И Саманта решилась. Она подняла, любезно предложенный Марком десерт, и застыла, окончательно настраиваясь на нужную волну.
-Ну, с богом!
Белые зубки погрузились в свежую плоть. При этом девушка зажмурилась и за-держала дыхание. Сочная безвкусная мякоть оказалась жесткой, и пришлось изрядно поста-раться, прежде чем вырванный маленький кусочек перебрался в полость рта. И тут же, не раз-жеванный, он мгновенно проглотился. Саманта, в предвкушении неадекватной реакции, ожидала на естественную, в такой ситуации тошноту, или что-то в этом роде. Но, ничего не произошло. Организм вполне нормально воспринял новый вид продукта. Ощущение данной ситуации размножилось на несколько противоречивых чувств: удовлетворенность, безразличие, покорность. Покорность судьбе, безразличие к нестандартной пище, удовлетворенность от возможности ее воспринимать.
Аппетит приходит вовремя… За короткое время хрупкая, волею случая выбро-шенная за границы цивилизации, целомудренная студентка археологического факультета впи-тала в себя основные инстинкты самосохранения. Иллюзии разлетелись по самым дальним уголкам подсознания. Каждый очередной шмат кровоточащей массы теперь уже не проскаль-зывал без остановок внутрь, а задерживался для конкретного перемалывания.
Марк гордо взирал на объект своего воспитания. Ученица оказалась на редкость способной. С какой жадностью она утоляет накопившуюся потребность к выживанию! Даже взгляд стал каким-то другим: более привычным, хищным, родным.
Саманта терзала звериную пищу, не обращая внимания на затихающий писк, еще совсем недавно значительных комплексов, и только размеренно чавкала. Если бы, несколько дней назад, в благоухающей ароматом спальне, сквозь безмятежный сладкий сон ее вдруг посе-тило б видение скорой действительности – с губ стекает кровавая жижа, цепкие грязные пальцы сдирают с мякоти свежую шкуру, глаза горят животным огнем – работы психиатрам добавилось бы. И, скорее всего, на довольно значительный срок.
-Ух! Кажется, наелась. – Девушка отбросила в сторону, изрядно полегчавший олений деликатес. – Хочешь догрызть?
Марк лениво зевнул.
-Ну, тогда отдохнем немного. Переждем процесс пищеварения и двинемся даль-ше.
Она вытерла о джинсы липкие руки, рукавом свитера убрала с подбородка сыро-мясной сок, и устроилась возле тигра. Поглаживая его набитое брюхо, Саманта размышляла о странностях жизни, которая плюет на всякие там строящиеся планы на будущее, и вносит свои, скрытые до поры до времени изменения.
«Мама наверняка сейчас бьется в истерике, друзья устраивают поминки. Идет усиленный поиск пропавшего авиалайнера. Сколько там было пассажиров? Двести? Триста? За все это время в небе не появился ни один спасательный объект! Может быть, самолет сбился с курса, и нас ищут совсем в другом месте? Первые полосы газет пестрят сообщениями о зага-дочном исчезновении. Телевидение выдвигает версии о происках инопланетян. Родственники безумствуют, требуют немедленных результатов. Чиновники оправдываются, каждый перево-дит стрелки на кого-нибудь другого. Типичная стандартная процедура. С каждым днем шансы на благоприятный исход уменьшаются. Надежды тают, уступая дорогу чувствам неизбежности случившегося, смиренному признанию безжалостных фактов. И тут я! Появляюсь под всеобщее изумление. Изможденная, полуживая, чудом уцелевшая единственная свидетельница и участница раздувшейся сенсации. Фотографии в многочисленных изданиях, бесконечные интервью, потоки слез сентиментальной публики от душераздирающей истории. Публикации, статьи, бесчисленные письма от взволнованных поклонников. Нашествие сценаристов и режиссеров, желающих создать бестселлер на основе реальных событий. Опьяняющая популярность под скрипы зубов завистников. А виной всему – молодая симпатичная студентка, впервые выбравшаяся из-под опеки семейного очага».
Сердечко учащенно забилось. Лучи возможной славы щекотали сознание девуш-ки. Наивная непосредственность юного романтизма вырывалась наружу.
-Марк, а как ты думаешь, я хорошо буду смотреться на телеэкране? Может быть, изменить прическу, или перекрасится? А представляешь, если мы появимся вместе! Во, шороху будет! А что, это мысль! Хочешь поехать ко мне? Познакомишься с мамой. Она у меня добрая, современная, и с удовольствием примет тебя в члены семьи. Подружишься с Рексом. Правда, он ненавидит котов - а это вроде как твои родичи – но уверена, в отношении тебя его взгляды изменятся. Будешь жить в шикарных апартаментах и ни о чем особенном не думать. Научишься светским манерам, станешь любимцем всей округи. И моим личным телохранителем. Впечат-ляет? Значит договорились? Молчишь? Можно ли это воспринимать как знак согласия? Вижу, что можно. В таком случае скрепим наш союз крепким лапопожатием.
Зверь насторожился, косясь на девушку, которая трясла его за переднюю конеч-ность. Но тут же включил свою сообразительность, воспринял это как какую-нибудь игру, рас-слабился и провел шершавым языком по измазанному личику.
-Вот и отлично! Осталось только выбраться из этой глуши. Подъем! Привал окон-чен!
Марк с неохотой поднялся, задумчиво оценивая ленивое состояние. После такой обильной трапезы, как правило, он привык часами предаваться бездействию: развалится на ковре из сухих листьев и во сне наслаждаться стремительной погоней, удачной охотой, смер-тельным поединком за честь возлюбленной. И перспектива шлепать сейчас на полный желудок не очень вдохновляла. Но он взял на себя определенные обязанности, а закон «джунглей» гла-сит: разделил добычу – разделил жизнь, предложил защиту – разделил смерть. Поэтому он не должен обращать внимание на некоторые слабости; никакой соблазн не в силах отвлечь его от устоявшихся традиций, тянущих свое начало от самых истоков возникновения сильной, мудрой и справедливой породы – тигр. Самой лучшей породы на земле!
-Я готова! А ты, что-то, не особенно! Объелся? Ничего, у меня ты научишься ра-ционально использовать свои потребности. Разбаловался тут без присмотра!
Саманта вошла в роль опекуна с явным удовольствием. Хотя прекрасно понимала, что на данный момент полностью зависит от полосатого хищника. От его настроения, дикой непредсказуемой натуры, крутого поворота звериного инстинкта. Понимала, но не принимала. Она успела привязаться к этой огромной кошке, и где-то в душе уже зарождался эмбрион чистой, настоящей любви.
Марк пробирался вальяжно, время от времени поглядывая назад. И не потому, что боялся потерять спутницу – он чувствовал ее присутствие врожденной интуицией – просто ему было приятно лишний раз подчеркнуть свою заботу и повышенное внимание к подопечной. Амплуа благородного рыцаря льстило, неискушенному людскими пороками, звериному самолюбию. Значимость благотворительной акции подобного масштаба увеличивалась в сознании тигра, способностью преодолеть естественное искушение в пользу бескорыстного, но самостоятельного желания. И пусть только кто-то осмелится помешать ему - разорвет на части! Когда-то, ему уже довелось совершить, непонятный для всех и долго потом обсуждаемый поступок. Два волка терзали зайчиху, а третий уже склонился над двумя ее малышами, в цепенеющем страхе вжавшихся в землю. Внезапное появление превосходящего конкурента внесло определенное смятение в ряды возбужденной троицы. Однако стимул большинства толкал на подвиги. Отдавать добычу, пусть и сильному, но одинокому халявщику волчья ассоциация не желала. Завязалась кровавая разборка, которая очень быстро закончилась. Лишь один из представителей «серых» смог уползти с поля битвы, остальные выпускали последнюю пену, хрипя в предсмертных конвульсиях. Победителю достался главный приз – справедливо завоеванное, нежное вкусное мясо. Зайчиха очухалась – волки, перед тем как приступить к утолению голода, имели своеобразную привычку: позабавится с загнанной жертвой – и вполне имела возможность бесследно слинять из опасной зоны, но находящееся по другую сторону потомство удерживало ее на месте. Что три кровожадных пасти, что одна – особой роли не играло. Конец намечался тот же. И обреченная мамаша, дрожа, ожидала своей участи.
Тигр обнюхал несмышленую молодежь, затем бросил взгляд на поверженные те-ла, издал ликующий рев, и медленно удалился. В этот момент он впервые ощутил полное удов-летворение. И совсем неважно, что перед поединком он хорошо подкрепился, что если бы же-лудок требовал, все могло повернуться иначе. Он сделал то, что хотел сделать. Хотя и не пони-мал, откуда вылезло подобное желание…
-Марк, подожди! – Саманта остановилась и в раздумье уставилась на дерево. «А что, если залезть наверх и осмотреться? Почему эта мысль раньше не пришла в голову? Может быть, спасение рядом, а мы блуждаем по этим бесконечным зарослям! Возможно, тигр сам не представляет – куда идет». Девушке стало стыдно за проявленное недоверие к другу, и она ото-гнала от себя неблагодарные сомнения. Но идея с восхождением ей понравилась. Она высмот-рела самый толстый ствол, находящийся в радиусе обзора, подошла к нему и, оценивающе, по-пыталась определить высоту. Верхушка терялась где-то в облаках; так, во всяком случае, ей по-казалось. Дотянутся до ближайшей ветки, было не сложно, стоило лишь слегка подпрыгнуть.
-Жди меня здесь, и никуда не отходи. Понятно?
Благодаря спортивным данным она с легкостью взобралась на первую ступеньку зеленой лестницы. Впереди предстоял долгий путь к цели…
Вспомнилось недалекое детство, когда хрупкая девчушка отстаивала свое место в женоненавистническом окружении мальчишек. Участвовала во
всех безумных детских шалостях, проходила постоянные испытания на прочность, дока-зывала несовершенство современных понятий в отношении слабого пола. В общем, была за-маскированным бесенком, в нужный момент выползающим на поверхность. И в итоге, обрела статус лидера: заставила считаться с собой, вписала новую страницу в книгу «становления личности».
… Постепенно Саманта поднималась все выше и выше. Непроглядная чаща реде-ла, оставляя внизу, все больше увеличивающуюся армию тропической растительности. Усили-валась качка, тоньше становилась очередная опора, ствол уже можно было обнять одной рукой. «Еще немного! Еще несколько рывков!»
Марк, за это время, успел неоднократно произвести «опись» дерева, и теперь бро-дил вокруг, в ожидании следующего сеанса. Места еще хватало.
Сверху донесся победный возглас, который немного обескуражил тигра, при-страивающегося к обнюханному и незафиксированному, пока, участку коры. Он недовольно вскинул голову. Однако разглядеть финиширующую подругу оказалось безнадежным делом, и зверь вернулся к прерванному занятию.
Сначала, взору девушки предстал лишь бескрайний лесной ковер, со всех сторон уходящий за горизонт. Саманта не хотела верить в рассеивающиеся надежды и продолжала жадным взглядом сверлить окружающий ландшафт. Вскоре она заострила внимание в опреде-ленном направлении. Что-то ей показалось необычным, выходящим за рамки однотипного пейзажа. Что именно – она не могла определить, но для себя четко решила, что дальнейший путь проляжет как раз туда.
Спуск получился не менее трудным. В одном месте руки едва не соскользнули, и только счастливый случай оградил юное тело от преждевременного исполнения посмертного реквиема со стороны Марка, разволновавшегося не на шутку.
Девушка спрыгнула на землю. Тигр, не скрывая радости, поднялся во весь рост на задние лапы и взгромоздил передние ей на плечи. Преобладающая весовая категория с одной стороны и ослабленное физическое состояние с другой привели к тому, что оба повалились на хрустящие листья.
-Ну, все, успокойся! Не хватало еще испустить дух от чрезмерного излияния неж-ности! Ты со всеми дамами ведешь себя столь эмоционально? Слезай, бесстыдник!
Вдруг Марк напрягся, зарычал и бросился в кусты. Саманта в недоумении про-следила за исчезающим хвостом. Тут же ее слух уловил характерные звуки звериного поединка. Она не могла точно определить количество сражающихся, но почему-то была уверена, что подкравшийся враг представлял собой не единственный экземпляр. Как минимум, схватка состояла из трех тональностей, одна из которых угадывалась без труда. Страх сковал девушку, в томительном ожидании молящуюся на благоприятный исход. Время остановилось. Сердечный набат заглушил все вокруг. Видение – то с одной стороны, то с другой – выползало из зарослей, щелкая окровавленными челюстями.
Прошла вечность. Мертвая тишина разбудила задремавшую действительность. Затуманенные ужасом зрачки плавно наполнялись резкостью. Вновь нарисовались кусты, скрывающие заключительный акт драмы. Вот они зашевелились, как театральные кулисы; сейчас выйдет на поклон главный герой. Публика готова для бурных оваций!
Марк выглядел спокойным и удовлетворенным. Благодарные зрители бросились ему на шею.
-Родной мой! Живой! – Саманта, не сдерживая потоки слез, крепко прижала к груди голову тигра. – Как я счастлива! Любимый мой! Единственный!
Тут она заметила кровоточащую рану за ухом своего рыцаря.
-Бедненький! Тебе тоже досталось!
Девушка склонилась и обработала место повреждения языком. Никаких отрицательных эмоций этот процесс на нее не произвел.
-Порядок! Давай-ка выбираться из этого райского местечка. Только теперь я буду ведущей.
В скором времени они вышли к водопаду, который и оказался тем самым необычным «чем-то», заинтересовавшим Саманту с верхушки дерева…

…Она их заметила сразу. Двое мужчин: один наполнял флягу с водой, второй рылся в рюкзаке…

…Несущуюся на всех порах женскую фигуру преследовал огромный тигр. При-клад ружья моментально уперся в плечо, палец застыл на спуске курка, прицел поймал цель. Выстрел…

-Нееет!!! – Саманта трясла бездыханное тело Марка. В стеклянных глазах застыли удивление и преданность.
В воздухе повис долгий вой безутешной самки…
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.